Так я слышал. Однажды Благословенный пребывал в Саваттхи в роще Джеты в монастыре Анатхапиндики. И тогда один брахман подошёл к Благословенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал Благословенному:

«Мастер Готама, в чём условие и причина того, что истинная Дхамма не продлится долго после того, как Татхагата достигнет окончательной ниббаны? В чём условие и причина того, что истинная Дхамма продлится долго после того, как Татхагата достигнет окончательной ниббаны?»

«Брахман, поскольку четыре основы осознанности не развиты и не взращены, истинная Дхамма не продлится долго после того, как Татхагата достигнет окончательной ниббаны. И поскольку четыре основы осознанности развиты и взращены, истинная Дхамма продлится долго после того, как Татхагата достигнет окончательной ниббаны. Какие четыре? Вот монах пребывает в созерцании тела в теле, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив влечение и недовольство к миру. Он пребывает в созерцании чувств в чувствах… ума в уме… феноменов в феноменах, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив влечение и недовольство к миру.

Поскольку четыре основы осознанности не развиты и не взращены, истинная Дхамма не продлится долго… поскольку четыре основы осознанности развиты и взращены, истинная Дхамма продлится долго после того, как Татхагата достигнет окончательной ниббаны».

Когда так было сказано, тот брахман обратился к Благословенному: «Великолепно, Мастер Готама! Великолепно, Мастер Готама! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также Мастер Готама различными способами прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в Мастере Готаме, прибежище в Дхамме и прибежище в Сангхе монахов. Пусть Мастер Готама помнит меня как мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь».