Непонятна, неизведанна жизнь смертных в этом мире,
Сумрачная и краткая, проникнутая страданием.

Нет средств, которыми родившиеся могли бы избегнуть смерти;
Приходит старость—близка и смерть: такова участь всего живущего.

Как спелые плоды висят на ветвях, готовые каждую минуту сорваться,
Так и смертные, едва родившись, находятся в постоянной опасности смерти.

Глиняный сосуд, сделанный горшечником, рано или поздно непременно разобьётся,—
Такова же судьба всех смертных.

И юные, и старые, и мудрые, и неразумные,—все подчинены силе смерти,—
Надо всеми людьми она царит безраздельно!…

Ни отец, ни родные, ни близкие не спасут того,
Кого поразила смерть, кто вступает в иной мир.

Заметь!—близкие смотрят и скорбят безутешно,
А смерть одного за другим уводит отсюда людей, как быков уводят на бойню!…

Увы, со смертью и разрушением связан этот мир,—
И мудрые, познавшие начала этого мира, не горюют о том.

Тщетно скорбишь за того, чьих путей ты не знаешь:
И когда он приходит, и когда он уходит,—не ведая концов этого пути…

Если бы тот, кто печалится, выигрывал от того, тогда пусть бы и мудрый поступал так,—
Но нет, скорбящий только сам мучит себя.

Ни в слезах, ни в скорби никто не обретёт успокоения,
Нет, от печали только все возрастают страдания и слабеет тело.

Он всё бледнеет и худеет, а умершие—увы!—не возвращаются,
И его скорбь не спасает их!…

Кто не расстаётся со своею скорбью, все глубже и глубже тот погружается в страдание:
Сетуя о мертвых, он подпадает силе тоски.

Смотри на отошедших, как на идущих в то место, которое они заслужили своими делами;
Всегда здесь робели они перед смертью, и вот все же взяты ею теперь.

Чем разнообразнее мнения людей о будущем, тем сильнее разрастаются несогласия,
Тем горше обманутое ожидание,—заметь: такова судьба мира!

Если бы даже и сотни лет прожил человек, и даже более,—
Всё же в конце концов он покинет близких и оставит жизнь в этом мире.

Поймите же и, внимая словам Святого, оставьте свои печали:
Видя умершего, пусть всякий подумает только: Я уже нигде более не найду его.

Загоревшийся дом заливается водою, ветер подхватывает и уносит кусочек хлопка,—
Пусть так и мудрый отгоняет свою возникающую печаль размышлением.

Кто ищет неизменной радости, тот вырвет ту стрелу из своей раны:
Эту скорбь, эти вопли, эти сетования.

Извлекши ту стрелу, независимый, ничем не связанный,
Обретёт он мир своему духу;
Кто превозможет печаль, тот в конец угасит её,
Тот успокоится в Ниббане.