Землю бороздя плугом,
пашню зерном засевая,
кормят родные семьи
и добро наживают мужчины.

Но тогда почему я,
опытная в Винае,
гордыни чужда и лени
нирваны никак не достигну?

Думала так, пока я,
раз омывая ноги,
на стекавшую по лодыжкам
не засмотрелась на воду.

По жёлобу убегали
всё ниже её потоки,
и сердце моё стало смирным
как конь чистокровной породы.

Хижины, взяв лампаду,
порог я переступила,
взгляд бросив на покрывало,
присела на край кушетки.

Булавкою аккуратно
макнула в масло фитиль и,
как только света не стало,
все заблужденья померкли.